Таня Зыкина: «Я хочу стать частью этой осени»…

Татьяна Зыкина. Имя и фамилия настоящие. Родилась в Ижевске. Работала журналистом. Переехала в Москву. Поет… Из ее песен можно многое понять о ней самой. Предельно откровенная, она по-дружески рассказывает обо всем, что ее волнует, радует, иногда бесит. В этом интервью не будет вопросов. Их мы заменили строчками из песен Тани…

Хотела тебе показать, что бывают… другие горизонты, другая глубина…

Я не знала, чего ждать от Москвы, не представляла себе, что это. Ехала просто заниматься музыкой. У меня была куча иллюзий с одной стороны, и напрасные тревоги — с другой. Жизнь просто идёт своим чередом, за эти 3,5 года я очень изменилась как человек, как женщина и как автор. Я благодарна всему, что мне даёт этот город: некоторые уроки даются тяжело, но в конечном итоге, всё идёт на пользу.

Дело моей жизни я строю на поле, которое вообще никак и никем не регулируется. Шоу-бизнес и эстрада — тот цех, к которому я не желаю иметь никакого отношения. Но сама музыка, её существование, концерты, продажи альбомов — это всё каждый раз похоже на авантюру. Наша страна вообще живёт вопреки, а не благодаря государству и его устройству. Люди как-то существуют и не убивают друг друга только по милости Божьей, по своим людским законам, и только это держит нас на плаву. Так же и в музыке — тут сложно что-то прогнозировать. Я просто делаю то, что чувствую. До тех пор, пока людям это интересно и близко, и пока мне самой есть, что сказать — я буду продолжать это делать. В противном случае у меня есть другая профессия, уйду работать в СМИ.

Молодым и самобытным музыкантам пробиваться очень сложно не по причине устройства шоу-бизнеса, а потому, что слушателю это не нужно. Людей давно и успешно приучили воспринимать музыку, как фон — бессмысленный, лёгкий, не напряжный. А если это что-то «душевное» — то дешёвый «хабальный» шансон, который от слушателя не требует вообще никакой художественной подготовки. Там штамп на штампе: про душу, любимого, сигаретки, Россию, маму, родной город и пр. Это материал, доступный для каждого. Когда жена президента слушает ужасающе пошлый шансон, и по этой причине он насаждается людям по центральным каналам — то чего ждать? Моя музыка, например, не из разряда развлечения, она требует от слушателя какого-то духовного включения, мыслительного процесса, иначе её воспринять невозможно. Поэтому на все крупные поп-радиостанции для неё путь закрыт. Что же касается устройства отечественного шоу-биза, то он сконструирован так, что люди, имеющие отношение к искусству, а не к эстраде, живут, как правило, очень скромно. А для того, чтобы хоть немного подняться, ты должен заниматься культурной проституцией. Не каждый человек готов к этому, поэтому люди, выбирающие в России профессию «музыкант», должны быть готовы или к перманентному «студенческому» существованию, или к серьёзной сделке со своим чувством прекрасного.


999Я просто клоун и мой непокой никуда не ведет, никогда не отпустит…

Кажется, я стала более конкретна. Раньше, например, была потребность выразить общее состояние: одиночества, счастья и т.п. Сейчас я рассматриваю всё под лупой, мне не хочется писать всеобъемлющие тексты. В новых песнях я сильнее замкнута на себе. Когда я начинала сочинять в 99-ом году, мне было 18 лет, хотелось нравиться, хотелось вызывать какую-то реакцию, провоцировать. Это сейчас выглядит очень нелепо, и те песни мне кажутся по-настоящему показушными. Но это было детство, когда требуется самоутверждение любой ценой. Ты хочешь просто привлечь внимание. Сейчас я внутренне сильно изменилась, и материал, по моему ощущению, стал окончательно интровертный.

— Я хочу стать частью этой осени… забраться в свой овраг..

Каждая осень для меня, начиная с пятнадцати лет, всегда особенная. В хорошем или плохом смысле, но каждый раз в это время года у меня происходит что-то серьёзное или в личном плане, или в рабочем. Я как будто меняю кожу, как змея, и пересматриваю ценности. В ту осень, когда написалась эта песня, было как-то особенно погано. Мне всё время виделась в голове одна и та же картинка: я в гнезде где-то высоко, на выступе скалы или на верхушке дерева, лежу, съёжившись, в яйце, которое никак не может расколоться, и смотрю на звёзды через трещину в его скорлупе. Навязчивые картины, мысли и формулировки изгнать из головы почти невозможно, и единственный способ мне все-таки это сделать — написать песню.

—    Мне неловко писать эти песни и тихо жить дальше… Но они вроде лечат…

Процесс соединения текстов-переживаний, тестов-эмоций с музыкой не всегда проходит гладко и быстро. В голове просто сидит какая-то строчка или мыслеформа и нужно дождаться, когда для неё поспеет остальное. Некоторые пишутся относительно легко. Это в большей степени зависит не от вдохновения, а от того, насколько ясно в голове то, что ты хочешь выразить, сколько мыслей ты накопил, насколько они конкретны. Если внутри готов совершенно чёткий, собранный синопсис, то уложить это в ноты и слова уже не так сложно.

На днях совершенно неожиданно к нам поступило предложение о концерте-«квартирнике». И мы спонтанно согласились, потому что последнее выступление такого формата было у нас 2 года назад. В ближайшее время акустических концертов у нас не предвидится, вот и решили воспользоваться случаем и выступить на хорошем звуке, в тесном кругу друзей. На самом деле, площадок для этого в Москве не так и много, а выбирать большой зал для акустического концерта всё же немного рискованно — основная публика увереннее пойдёт на полноформатный концерт. Такой мы в этом году тоже ещё сыграем в клубе «Б2» 10 декабря.  А пока хочется чего-то более интимного. Фотостудия с хорошим музыкальным оборудованием — отличное место для этого.

Наша публика в разных городах отличается только тем, что, например, в  Москве я знаю многих лично. За столько лет успели познакомиться. В регионах, куда приезжаешь или первый раз, или раз в год, чувствуешь большую ответственность, как будто ты каждый раз делаешь какую-то самопрезентацию, в страхе оставить первое плохое впечатление. Хотя это глупо, но не могу избавиться от этого чувства.  Не знаешь, когда приедешь сюда снова, поэтому на всякий случай играешь как в первый и последний раз.

—       Ведь если кто-то и виноват — это я и  мои ожидания…

Больше всего я хочу, чтобы с альбомом всё было хорошо. Есть куча административных сложностей — например, невозможно привезти пластинку в другие города России, потому что дистрибьюторские сети не хотят рисковать и брать в продажу альбомы независимых артистов. Им интереснее проверенный Стас Михайлов. С он-лайном тоже свои сложности — iTunes, самый крупный магазин цифровой музыки в мире, не хочет работать с нашей страной, потому что здесь процветает пиратство. Других надёжных интернет-сервисов по покупке музыки в России нет, а те, кто всё же самоотверженно пытается этим заниматься, работают очень нестабильно. Поэтому все мои чаяния связаны с тем, чтобы как-то прорваться через всю эту вязкую и непроходимую тину.

 —  … имя моему Богу – любовь….

Я не знаю совокупность каких эмоций называют «любовью» другие люди. Верю только в то, что происходит в моём сердце. Совершенно точно одно:  у каждого есть свои внутренние резервы и, если хотите, талант на это чувство. Просто некоторые не умеют красиво, глубоко это ощущать. Способность любить — это великий дар, который на поверхностном уровне может делать обладателя несчастным. Потому что он всегда чувствует сильнее, тоньше, чем объект его любви, и страдает от этого. Но, с другой стороны, само ощущение, даже с налётом трагизма, очень обогащает. Считаю, что любовь — это всегда игра в один ворота, но надо уметь как-то ею наслаждаться. Для меня это самое плодородное поле для творчества.

P.S.

Я люблю животных, у меня недавно появился новый приятель — маленькая пока кошечка Хрюша. Уличных малышей достаточно проблематично привести в хорошее здоровое состояние, так что  пока я занята её лечением и восстановлением после тяжёлых первых месяцев жизни на улице. Наконец-то выздоровели её ушки и ЖКТ, так что теперь ей осталось просто набрать вес. А всё остальное свободное время занимает музыка: у меня есть одна трудоёмкая идея, которой буду заниматься ближайший год.

В моем  плеере достаточно русских песен: от Ирины Аллегровой до группы «Пилот». В разные периоды хочется разного, но вообще я русскую музыку слушаю очень редко. В том числе и потому, что старые песни уже стали частью моего организма, а новых, интересных для меня, давно никто не выпускал.

Я —  земной человек, прелести моей жизни достаточно простые, общечеловеческие: в счастье и здоровье близких, в радостных и сытых домашних зверях, в живых цветах, в хорошей погоде, вкусных спелых фруктах и овощах. Ну, и прежде всего, в возможности заниматься своим любимым делом.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *